Текст_Алексеев_Рассказы об Отечественной войне 1812 года

Занятие 10
Сергей Алексеев «Рассказы об Отечественной войне 1812 года»


СКАЗКА СТАРОГО КАПРАЛА
Верста за верстой, верста за верстой отступают, отходят русские. Идут они полем, идут они лесом, через реки, болота, по холмам, по низинам, по оврагам идут. Отступает русское войско. Нет у русских достаточных сил.
Ропщут солдаты:
 Что мы зайцы трусливые!
 Что в нас кровь лягушиная!
 Где это видано: россиянин спиной к неприятелю!
Рвутся солдаты в бой.
Русских армии две. Одна отступает на Вильну, на Дриссу, на Полоцк. Командует ею генерал Барклай де Толли. Вторая отходит южнее. От города Гродно на Слуцк, на Бобруйск. Старшим здесь генерал Багратион.
У Наполеона войск почти в три раза больше, чем у Барклая и Багратиона, вместе взятых. Не дают французы русским возможности соединиться, хотят разбить по частям.
Понимают русские генералы, что нет пока сил у русских справиться с грозным врагом. Сберегают войска и людей. Отводят свои полки.
 Э-эх, да что же оно творится?!  вздыхают солдаты.
 Пропала солдатская честь!
Шагает вместе со всеми старый капрал, смотрит он на своих товарищей:
 Хотите, сказку скажу?
 Сказывай.
Собрались на привале солдаты в кружок, расселись, притихли.
 Давно ли то было, недавно,  начал капрал,  дело не в том. Только встретил как-то в лесу серый волк лосенка. Защелкал злодей зубами:
«Лосенок, лосенок, я тебя съем».
«Подожди, серый волк,  говорит лосенок.  Я же только на свет народился. Дай подрасту».
Согласился лесной разбойник. Пусть погуляет телок, пусть наберется мясом.
Долго ли, скоро ли время шло дело не в том. Только опять повстречал серый волк лосенка. Смотрит подрос за это время телок. Рожки пробились. Копытца окрепли. Не телок перед волком подросток лось. Защелкал злодей зубами:
«Лось, лось, я тебя съем».
«Хорошо, серый волк,  отвечает лось.  Только дай попрощаться с родимым краем».
«Прощайся»,  ответил волк.
Пошел молодой лось по родному краю, по полям, по лесам, по дубравам. Ступает он по родной земле, силу в себя вбирает. И волк по следу бежит. Притомился в пути разбойник: шерсть отлетает, ребра ввалились, язык как чужой, из пасти наружу лезет.
«Стой, стой!» голосит злодей.
Долго ли, скоро ли время шло дело не в том. Только остановился однажды лось. Повернулся навстречу волку. Глянул тот, а это не просто лось: стоит перед ним сохатый. Защелкал серый зубами:
«Сохатый, сохатый, я тебя съем».
Усмехнулся лесной красавец:
«Давай подходи».
Бросился волк вперед. Да только силы теперь не те. Лосенок теперь не тот. Поднялся богатырь на задние ноги, ударил волка пудовым копытом, поднял на рога и об землю хлоп! Кончился серый.
Капрал замолчал. Задумались над сказкой солдаты.
 Видать, неглупый телок попался.
 В сохатого вырос!
 Э, постой, да в сказке твоей намек.
 К отходу, к отходу!  прошла команда.
Вскочили солдаты. Построились в ряд. Подняли солдатские головы. По полям, по лесам, по дубравам, по низинам идут солдаты. Не по чужой, по родимой земле идут.

ВОЕННЫЙ МАНЕВР
Нелегкая жизнь досталась Кутузову. Нелегкая, зато славная.
В 1812 году Михаилу Илларионовичу Кутузову исполнилось 67 лет. Много всего позади. Не счесть боев и походов. Крым и Дунай, поля Австрии, Измаильские грозные стены. Бой под Алуштой, осада Очакова, у Кагула упорный бой.
Трижды Кутузов был тяжело ранен. Дважды в голову, раз в щеку. В одном из сражений Кутузову выбило правый глаз.
Пора бы уже в отставку, на стариковский покой, так ведь нет помнит народ Кутузова. Вот и сейчас. Собирайся, мол, старый конь. Кутузов едет к войскам. Новый главнокомандующий едет.
Рады солдаты. «Едет Кутузов бить французов»,  идет по солдатским рядам.
Бегут рысаки по дороге. Солнце стоит в зените. Мирно гудят стрекозы. Ветер ласкает травы.
Едет Кутузов, сам с собой рассуждает: «Плохи, плохи наши дела. Нехорошо, когда армия отступает. Непривычно для русских солдат этакое. Орлы! Да ведь силы наши пока слабы. Армию сберегать надо. Смерть без армии государству Российскому. Но и солдат понимать нужно. Душу русскую понимать».
Прибыл Кутузов к войскам.
 Ура!  кричат главнокомандующему солдаты.  Веди нас, батюшка, в бой. Утомились, заждались.
 Правда ваша, правда,  отвечает Кутузов.  Пора унять супостата.
Довольны солдаты, перемигиваются: вот он, настоящий боевой генерал.
 Что мы не русские?  продолжает Кутузов.  Что нам, в силе господь отказал? Что нам, храбрости не хватает? Сколько же нам отступать!
 Вот это слова!
 Ура генералу Кутузову!
Довольны солдаты. «Ну, братцы,  ни шагу назад. Не сегодня-завтра решительный бой».
Спокойно заснули солдаты. Пробудились на следующий день, им объявляют первый приказ Кутузова. В приказе черным по белому значится продолжать отступление.
Зароптали солдаты:
 А бой!
 Что-то непонятное,  разводят они руками.
 Может, приказ от старых времен остался?
Увидели солдаты Кутузова:
 Ваша светлость, так что же, опять отступление?
Посмотрел на солдат Кутузов, хитро прищурил свой единственный глаз:
 Кто сказал отступление? Сие есть военный маневр!

БОГАТЫРСКАЯ СИЛА
Подымись на колокольню церкви, что стоит в самом центре села Бородина. Осмотрись внимательно по сторонам.
Здесь на огромном, изрытом оврагами поле 26 августа 1812 года вскипела бессмертная битва. Великая слава России крепла на этих полях. Далёкие прадеды наши завещали её потомкам. Поклонись великому полю. Поклонись великому мужеству.
Знай!
Помни!
Не забудь!
Был один из главных моментов Бородинской битвы. Батарея поручика Жабрина срочно меняла позиции. Впрягли солдаты коней, торопятся к новому месту. Полки генерала Милорадовича пошли в наступление. Срочно нужна подмога.
 Живей, живей!  командует Жабрин.  Душу вам наизнанку Кому говорят: живей!
Дорога лежала местом недавней схватки. Спустились кони в низину. Все поле завалено трупами. Русские, французы лежат вповалку. Крест-накрест, один на другом. Словно бы вовсе не люди, а кто-то кули разбросал по полю.
Остановились солдаты.
 О господи!
Глянул Жабрин направо, глянул налево. Нет свободного места. Времени нет объехать. Перекрестился поручик.
 Прямо, вперед! Мертвый живого не схватит
Солдат Епифанов чуть отстал от других. Страх обуял солдата. Прикрыл он глаза. Скорей бы проехать жестоким местом. Подбрасывает пушку как на ухабах. Мурашки идут по солдатской спине. Вдруг тихий протяжный стон. Приоткрыл Епифанов глаза. Прямо под пушкой, у самого колеса, шевельнулся седоусый капрал. Солдата аж пот прошиб.
 Тпру!  закричал на коней Епифанов. Спрыгнул на землю.
Лежит, стонет в бреду капрал. Бок в кровяных подтеках. Кивер лежит в стороне. Однако ружье при себе, под мышкой.
Подбежал Епифанов к капралу. Пытается вытащить из-под колес. Грузен, тяжел капрал. Другими телами придавлен.
Шевельнулся страдалец. Глянул на свет, на солдата, на пушку:
 Откуда?
 Канониры мы,  зачастил Епифанов.  С левого фланга на правый фланг. На подмогу идем рысями. Слышишь, дядя, пальба вокруг Наступает генерал Милорадович.
 Наш, наш генерал!  закричал капрал.  А ну-ка выше, голову выше мне!
Смотрит капрал, а там, на бугре, лавиной идут солдаты. Слышит старый воин привычные звуки. Словно товарищей слышит зов. Улыбка прошла по лицу капрала.
 А ну, подмогни!
Помог подняться капралу с земли Епифанов.
 А ну-ка
·, кивер надень.
Надел Епифанов на седую голову кивер.
Подтянулся, словно в строю, капрал. Изготовил ружье, как в атаке. Шаг левой, шаг правой. С шага на бег перешел капрал. Опешил солдат Епифанов: кровь из капрала хлещет.
 Ура-а!  победно несется с холма.
 Ура-а!  ответно кричит капрал.
Пробежал он метров десять пятнадцать и вдруг, словно дуб-великан под взмахом последним удальца дровосека, рухнул плашмя на землю.
Подлетел Епифанов к герою. Не стонет, не дышит капрал. Кончил воин свой путь солдатский.
Догнал Епифанов своих. Набросился Жабрин:
 Где пропадал?! Душа твоя воробьиная!..
Объясняет солдат задержку. Никак не придет в себя. О старом капрале, сбиваясь, рассказывает.
Утихнул поручик Жабрин. Молча стоят солдаты.
 Так звать как? Как величать героя?
Разводит Епифанов руками:
 Капрал. Старый такой. С усами. Силы в нем совсем еще не было.
Сняли солдаты шапки.
 Силы в нем не было?! Дурак, богатырская сила в нем!

ПТИЦА СЛАВА
Солдат Изюмов до Бородинской битвы ни разу не отличился. Хотя и мечтал о славе. Все думал, как бы ее поймать.
Еще в самом начале войны у Изюмова произошел такой разговор с каким-то солдатом.
 Что такое есть слава?  спросил Изюмов.
 Слава есть птица,  ответил солдат.  Она над боем всегда кружится. Кто схватит тому и слава.
То ли в шутку сказал солдат, то ли и сам в подобное верил, только потерял с той поры Изюмов покой. Все о птице чудесной думает. Как же ее поймать?
Думал об этом под Витебском. Другие солдаты идут в атаку, смело колотят врагов. А Изюмов все время на небо смотрит. Эх, не прозевать бы волшебную птицу! И все-таки прозевал. Слава другим досталась.
Во время боев под Смоленском опять повторилось такое же самое. И здесь остался без славы солдат.
В огорчении страшном Изюмов. Пожаловался он товарищам на свою неудачу.
Рассмеялись солдаты:
 Славу не ловят, слава сама за храбрым летит. Она и правда как птица. Только лучше о ней не думать. Отпугнуть ее можно враз.
И вот в Бородинском сражении солдат и вправду забыл о славе. Не то чтобы сразу, а как-то так, что и сам того не заметил.
Битва клонилась к концу. Французы стараются вырвать победу. На русскую пехоту были брошены кирасирские и уланские полки. Разогнали кавалеристы коней: сторонись любого сметут с дороги.
Глянул Изюмов и замер. Замер и тут же забыл о славе. Об одном лишь, как устоять против конных, думает.
А кони все ближе и ближе. Растопчут они солдат. Обрушатся палаши и острые сабли на русские головы. Изюмов даже поежился. Стоял он в самом первом ряду.
 Ружья к бою! Целься. Подпускай на убойный огонь!  раздалась команда.
Вскинул ружье Изюмов. Стрельнул. А что дальше произошло, то точно и не расскажет. Со стороны-то оно виднее.
Стоял Изюмов секунду как столб, а потом вдруг вскинул ружье на манер штыковой атаки и ринулся навстречу французской коннице. Побежали за ним солдаты. И получилось, что пеший пошел в атаку на конного.
 Ура!  голосит Изюмов.
 Ура!  не смолкают другие солдаты.
Опешили французские кирасиры и уланы. На войне еще не бывало такого. И хотя атаку свою, конечно, они не оставили, однако поколебался как-то у конных дух. А это в сражении главное. Наполовину пропал замах.
Подлетели солдаты к французам, заработали штыками. Чудо творится на поле пеший конного вдруг побивает. Разгорелся солдатский пыл.
 Братцы, колите коня под брюхо! Бейте француза прикладом, коль штык у кого слетел!  разошелся вовсю Изюмов.
Французы совсем растерялись. Все реже и реже взмахи французских сабель. Все тише руки удар. Минута и дрогнут французы. Вот и действительно дрогнули. Дают вразворот коней.
Казалось бы, все. Победа уже одержана. Так нет.
 Братцы, вдогон!  закричал Изюмов.
Побежали солдаты вслед за французами. Пеший за конным бежит по полю. Глянешь не поверишь своим глазам.
Конечно, лошадиные ноги быстрее солдатских ног. И все же немало нашлось французов, которым русский штык успел продырявить спины. Даже отстав, солдаты продолжали, как копья, бросать во французов ружья свои со штыками.
Ускакали французы. Подобрали солдаты ружья, стали возвращаться к своим.
Идут солдаты, а навстречу солдатам:
 Героям слава!
 Изюмову слава!
 Храброму честь и почет!
Обалдели от боя солдаты. Идут, ничего не слышат. Идут, ничего не видят.
Не видят солдаты. Однако мы-то прекрасно видим: птица-слава над ними летит.

ФИЛИ
Маленькая деревня Фили у самой Москвы. Крестьянская изба. Дубовый стол. Дубовые лавки. Образа в углу. Свисает лампада.
В избе за столом собрались русские генералы. Идет военный совет. Нужно решить вопрос: оставить Москву без боя или дать новую битву у стен Москвы?
Легко сказать оставить Москву. Слова такие ножом, топором по русскому сердцу. За битву стоят генералы.
Нелегкий час в жизни Кутузова. Он только что произведен в чин. За Бородинское сражение Кутузов удостоен фельдмаршала. Ему, как старшему, как главнокомандующему, как фельдмаршалу,  главное слово: да или нет.
У Бородина не осилили русских французы. Но ведь и русские не осилили. Словом, ничейный бой. Бой хоть ничейный, да как смотреть. Наполеон впервые не разбил армию противника. Русские первыми в мире не уступили Наполеону. Вот почему для русских это победа. Для французов и Наполеона победы нет.
Рвутся в новый бой генералы. Солдаты за новый бой. Что же решить Кутузову?
Сед, умудрен в военных делах Кутузов. Знает он, что на подмогу к Наполеону торопятся войска из-под Витебска, из-под Смоленска. Хоть и изранен француз, да не убит. По-прежнему больше сил у противника.
Новый бой окончательный бой. Ой как много военного риска! Тут мерь, перемерь, потом только режь. В армии главная ценность. Главное войско сберечь. Будет армия цела будет время разбить врага.
Все ждут, что же скажет Кутузов.
Поднялся фельдмаршал с дубового кресла, глянул на генералов.
Ждут генералы.
Посмотрел Кутузов на образа, на лампаду, глянул в оконце на клок сероватого неба, глянул себе под ноги.
Ждут генералы. Россия ждет.
 С потерей Москвы,  тихо начал Кутузов,  еще не потеряна Россия Но коль уничтожится армия, погибла Москва и Россия.
Кутузов остановился. В оконце стучалась муха. Под грузным телом фельдмаршала скрипнула половица. Послышался чей-то глубокий вздох. Кутузов поднял седую голову. Увидел лицо атамана Платова. Предательская слеза ползла по щеке бывалого воина. Фельдмаршал понял: важны не слова, а приказ. Он закончил быстро и твердо:
 Властью, данной мне государем и отечеством, повелеваю повелеваю,  вновь повторил Кутузов,  отступление
И вот войска оставляют Москву. Яузский мост. Понуро идут солдаты. Подъехал Кутузов. Смотрит на войско. Видят его солдаты. Видят, но делают вид, что не видят. В первый раз ему не кричат «ура».

 http://gorenka.org/index.php/bukinist/6455-alekseev-s-p-sto-rasskazov-iz-russkoj-istorii?showall=&start=4











Яђ Заголовок 2жЗђ Заголовок 315

Приложенные файлы

  • doc 9231945
    Размер файла: 265 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий